ДМИТРИЙ ВОДЕННИКОВ [entries|friends|calendar] "какой уж есть, желаю вам другого" [ userinfo | livejournal userinfo ] [ calendar | livejournal calendar ]

новый трек: гаражный блюз [04 Jul 2009|04:10pm] Негритянка (как репетиция) Скачать 9,3 МБ. Стихотворение, чтение - Д.В. Музыка - Владимир Крун, Сергей Курепин Сведение - Дмитрий Грешняков Стихотворение из "Книги рун" Райдо (руна дороги, свидетели говорят) Стихотворение как отдельный текст посвящено Ольге Родионовой Пишет женщина средних лет, сейчас живущая в США: «Первого ребенка я рожала в Сибири, второго в Нью-Йорке… Мальчик был крупный и толстый, 5 килограмм, но выглядел — вылитым негритёнком». — А девочку я родила в Кони-Айленде, прямо на Пасху, у них там свои порядки: они моют младенцев из шланга (как будто это не дети, а мясо или цыплятки), выглядит это мерзко, скучно, тоскливо, страшно. Я бы, конечно, на них закричала, но тут появилась старая толстая негритянка, взяла мою новорожденную дочку, завернула ее в пеленку — и вдруг стала ее целовать, будто она ей бабка (старая негритянка — белого моего ребенка). …Мужчины любят меня и я тоже любила их, у меня есть муж и работа, у меня есть дом в Пенсильвании. Но больше всего на свете я, конечно, любила — двоих: девочку Ксюшу и мальчика Даню. — Хочется верить, что за это — когда я буду стоять одна у не-русской реки, отлично осознавая, что я умерла (а не просто устала) — ко мне тоже-тоже придет огромная негритянка, прижмет меня к толстой груди и завернет меня, старую дуру, как маленькую — в одеяло. книга рун

окончательная версия [03 Jul 2009|12:02am] Пересведенный трек "Трамвай" (меня не устраивал баланс голоса и музыки, теперь - звукреж все исправил: музыка выведена вперед, голос "утоплен", срезаны некоторые частоты, ибо, как известно, ...есть в звукозаписи такая фишка — голос с чтением (который потом будет звучать под музыку) обрабатывают следующим жестким образом: срезают некоторые нижние частоты и убирают верхние. Чтобы голос не басил на низких нотах и не был слишком гибким в высоких. (Бывают такие голоса — их всегда слишком много.) Потом его еще иногда пропускают через смягчающий «фильтр». И голос становится выправленным и ровным. Как из ниоткуда. Так называемый «белый». С ним нельзя лечь, с ним нельзя спать, с ним нельзя жить — его можно только любить или ненавидеть. Или быть к нему равнодушным. На расстоянии. Слишком грубая жизнь уходит из него, слишком высокая спесь — тоже. Поэтому теперь — он не принадлежит даже тебе. И этот очищенный голос — тоже вопрос техники. Трамвай (скачать) Но важно не это. Важно то, что этот трек посвящается Арсению Рейхеру. Сегодня его день рождения. И я его поздравляю. Спасибо тебе )

новый трек [29 Jun 2009|10:35am] Зимние стихи в летнее время: Стихи о Елке (скачать - 9,5 МБ) Стихотворение, чтение - Дмитрий Воденников. Музыка - Алексей Селивёрстов. В треке использованы фрагменты композиции МАМАДЖУ_MAMADZHU группы ЗмеиРадуга (отдельная благодарность Джону Кукарямба). СТИХИ О ЕЛКЕ Проснуться в 147 лет, прочитать смс: «здравствуй, мой обжигающий мальчик», изумиться, переспросить: — Почему обжигающий? — получить очевидный ответ: «потому что ты меня обжигаешь», и даже не удивиться, что тебя называют на ты. — Господи, сколько вас было, и хоть бы одна собака сделала отчисленье в мой пенсионный фонд. ( .... )

интервью для ozon'а [28 Jun 2009|08:33pm] (...) - Я развязываю узлы и завязываю их снова. Я просто понимаю, что все, что я хочу, сбывается. И мне не надо хотеть, потому что я вижу, как это криво и жалко сбывается. Жизнь вообще перестала со мной церемониться. Она мне не через пять лет показывает, как это может быть, а ровно через два часа. Мне кажется, она даже посмеивается надо мной.(...)

[20 Jun 2009|10:24pm] (...) У меня со смыслом жизни все было как-то странно: я очень долго о нем особо не задумывалась, потому что он всегда был. Каким-то странным образом я всегда жила на свете с большим удовольствием и рвением, и никак не могла вообще понять, о чем речь, когда кто-то произносил фразы вроде "моя жизнь не имеет никакого смысла" (...) В один прекрасный день я оказалась в больнице с известным диагнозом. (...) Моих способностей и возможностей убавлялось, а смысла не убавлялось совсем. В какой-то из дней, когда я снова попала в реанимацию, мне опять нельзя было ничего есть и пить, можно было только надеяться, что когда-нибудь я снова вернусь к еде через недели на чае и сухариках, мой папа вдруг принес в эту реанимацию огромное красное яблоко и положил его на столик возле моей постели. Это было единственное красочное пятно, единственное живое и душистое, среди проводов, мониторов, дисплеев и капельниц. И было очевидно, что яблоко я съем очень и очень нескоро. Но оно там осталось, и никто его оттуда не убрал. Я лежала там день, другой, и раздумывала об этом райском символе - вот он, мой смысл жизни на сегодня, вернуться в тот рай, где можно взять вот такое яблоко, и просто съесть его. Иногда смысл жизни жутко прост.

заключительное эссе в журнале "Русская жизнь" (тема номера - чудо) [16 Jun 2009|02:23pm] текст в самом журнале О СЧАСТЬЕ Колыбельная для Вермеера Дмитрий ВОДЕННИКОВ Если где он и есть - этот странный летающий дом, с занавеской и ветром в кровати, - лихой и горбатый, то он был только там, где мы спали с тобою вдвоем, (как с отцом, как с сестрой, как с лисой, как с собакой и с братом) - через стенку с Васильевной Анной (соседкою) - в сердце моем. 1. Я живу в летающем доме. Ночами он скрипит, как корабль, и иногда роняет картинки в легких рамках со стен. - Бымц, - говорит картинка. - Ё-мое, - говорю я. - Это когда-нибудь кончится? - говорит сосед снизу. - Нет, - отвечаю я. – Это не кончится никогда. Так и случается... Я просыпаюсь утром и вижу: все – летит. Мой дом летит, вместе с ним летит дуб под окном (у меня есть подозрение, что дуб тут неслучаен), облака, жизнь, лето, тополиный пух, зяблик, стираное белье на веревке. Даже белая занавеска с утра надувается, как беременная, и запросто достает до изножья кровати, закрывая при этом телевизор и тумбу под телевизором. Но на этом как раз всё и кончается. Тумба и телевизор – твердо стоят на своих местах и летать не желают. ( .... )

сегодня в цдх прошел большой фестиваль видеопоэзии "Пятая нога" [14 Jun 2009|06:20pm] Организаторы - Андрей Родионов и Екатерина Троепольская. Программа фестиваля была очень сильная. И ретроспективная и новая. Очень много замечательных работ. Мой фаворит - "Гагарин" режиссер Наталья Алфутова стихи Инна Кабыш Примечания: здесь - еще несколько поэтических видеоклипов

один из выпусков радиопрограммы "Поэтический минимум" [10 Jun 2009|02:34pm] Из сентябрьского мая (Николай Звягинцев, Арсений Тарковский (скачать) Он пистолет, а ты балерина. Он подумал, ты повторила. Пусть биограф его героини Вспомнит фамилию или имя. Разве ты знала, когда ловила, Спускаясь в Монмартрскую котловину, Где живот, а где пуповина? Его такой же, и с половиной. В городе твоего пистолета Целая улица птичьих клеток. Сейчас он выключит ваше лето, Выбросит ключ и пойдет налево. Когда ты любишь - дрожишь, как заяц. Когда не чувствуешь, замерзаешь. Вот сидишь посредине зала, Такая серая и с глазами. Николай Звягинцев (...) Но тут к нему приходит какая-то толстая тетка и говорит с напряженным измученным лицом, что она его дочь. И она принесла ему чай. Чай вкусный, а вот тетка незнакомая. Он, кажется, помнит свою дочь. Но та была маленькая, тоненькая и вот с таким бантом. «Где моя настоящая дочь?» – спрашивает человек неприятным голосом и плачет. Тогда ему тычут пальцем в эту тетку, стекленеют глазами, проверяют подгузник и пытаются утешить. Дают что-то пожевать. Например, сушку. Но никто никогда не узнает, что на самом-то деле ему – все равно. И если он плачет, то только оттого, что чувствует, как сквозь него проходит ветер. И этот ветер сегодня грустный. Но бывает и веселый ветер. И этот ветер придет завтра. (Быть может.) Но и этот плач, и грусть, и смех, и сушка, и это «быть может», как облако или цветок, тоже – блаженны. (....)

из интервью питерскому online812 (рад, что могу признаться этим людям в любви) [05 Jun 2009|07:41pm] (....) - К кому из современных поэтов вы испытываете белую зависть? - Почему белую? Я могу завидовать и по-черному. Могу сказать, что завидую всем поэтам, которые меня восхищают, завидую черной завистью, не только белой. Мое восхищение огромно, потому что поэт хочет быть всем. Я восхищаюсь текстами Андрея Родионова, Веры Павловой, Кирилла Медведева, Дмитрия Соколова, Маши Степановой, Линор Горалик... Но когда восхищение схлынет, чувствую себя убогим. Я понимаю, что что-то я сделал, но все равно чувствую себя ничтожеством. Зависть – это большая моя часть. Когда я пишу, обнимаю весь мир, и это чувство не имеет зависти, оно примиряющее. Но как только становлюсь обычным человеком, то испытываю огромное количество отрицательных эмоций. Мне нравятся люди, которые могут признаться в чем угодно, в том, что они спали с мужчинами, женщинами, собаками, коровами, что они алкоголики, наркоманы, но только не признаются в одном – что они завидуют. Я не поверю пожилой женщине, если она скажет, что не завидует молодой. Я способен завидовать. Как-то читал «Моцарта и Сальери» и понял, что Ахматова была права, утверждая, что в этой трагедии Пушкин вывел себя в образе Сальери, а Моцарт был прообразом Мицкевича. Известно, что тот писал легче, чем Пушкин, это заметно по черновикам. Кому еще Пушкин мог позавидовать? Эта маленькая трагедия – копание Пушкина в самом себе. Сальери прописан с таким мастерством, с такой деталировкой, а Моцарт почти ходульный. Да и природа его творчества прописана слабо. Я завидую лучшим поэтам нового времени. (...)

"Русская жизнь", тема - смерть [02 Jun 2009|05:25pm] Дмитрий Воденников КОГДА МЫ ОТЛЕПИМСЯ В коридоре Писательница Марта Кетро написала в «Живом журнале», что видит оргазмы своих мужчин. «Оргазм каждого мужчины создавал у меня в голове особую вспышку света и цвета», — говорила она. ... Фиолетовый, розовый, черный, «а еще у одного — красный, будто мозги вынесло на стену (этот мальчик вообще много думал)». «Остальные ушли во тьму времен со своими фонариками, а я уже много лет смотрю один и тот же кадр». У меня в голове тоже — один и тот же кадр, но я не вижу оргазмов. Я вижу — коридор. А за окнами — отразившись в прямоугольном промытом зеркале — яркая загустевшая летняя зелень. (....) Близнецы, еще внутри у фрау, в темноте смеются и боятся: «Мы уже не рыбка и не птичка, времени немного. Что потом? Вдруг Китай за стенками брюшины? Вдруг мы девочки? А им нельзя в Китай» (Григорий Дашевский). Так женщина говорит мужчине (который ее разворошил, подмял под себя, разломил, как курицу, а потом отпустил, обмяк, лежит прохладный и потный, хочет пить, тяжело дышит): — Бедный мой мальчик. И гладит по волосам. А ведь — действительно «бедный». Потому что она знает (а кому еще знать это, как ни ей), что ее мужчина не готов умирать. Что сражаться готов, а умирать — нет. Что смерть для мужчины противоестественна. Что ему там просто не за что уцепиться. (...) (Фотография - Ольги Паволги, моего окна, она не для этой статьи, но та картинка, которую поставили, совсем не о том: надо было все-таки нести сканировать ту, о которой, в частности, речь в эссе идет)

анонс [30 May 2009|07:30pm] В среду выйдет "Русская жизнь" (последняя, непоследняя, это я не знаю), и в этот раз у журнала совершенно потрясающая обложка. Тема номера - смерть. От меня там тоже будет эссе. Но оно будет не совсем о смерти. Впрочем, это неважно. Важно другое: что журнал "Русская жизнь" - удивительный, какой-то невозможный для нашего времени, но в нем осуществившийся, - и, я полагаю, уже сейчас являющийся легендой.

новый трек [24 May 2009|08:23pm] Трамвай (скачать) Стихотворение и чтение - Дмитрий Воденников Музыка - композитор Денис Калинский, группа «Rock’o’Co» ( официальный сайт группы - здесь) Сведение голоса и музыки - Артем Пинегин Состав музыкантов - виолончель, рояль, орган, бас-гитара, перкуссия, барабан, электроника Отдельное спасибо - Олегу Терехову Текст трека составлен из двух самостоятельных стихотворений-двойников ПРИГЛАШЕНИЕ К ПУТЕШЕСТВИЮ Не может быть, чтоб ты такой была: лгала, жила, под тополем ходила, весь сахар съела, папу не любила (теперь — и как зовут меня — забыла), зато, как молодая, умерла. Но если вдруг — все про меня узнала? (хотя чего там — углядеть в могиле — да и вообще: всё про могилы лгут, то, что в пальто, не может сыпать пылью, ботинки ноги мертвому не жмут). Баранов, Долин, я, Шагабутдинов, когда мы все когда–нибудь умрем, давайте соберемся и поедем, мои товарищи, ужасные соседи (но только если всех туда возьмем) — в трамвайчике веселом, голубом. Сперва помедленней, потом быстрей, быстрей (о мой трамвай, мой вечный Холидэй) — и мимо школы, булочной, детсада — трамвай, которого мне очень надо — трамвай, медведь, голубка, воробей. Уж я–то думал, я не упаду, но падаю, краснея на лету, в густой трамвай, который всех страшнее (но зелень пусть бежит еще быстрее, она от туч сиреневых в цвету, она от жалости еще темнее) — и мимо праздника и мимо Холидэя (теперь о нем и думать не могу) летит трамвай, свалившийся во тьму. Хотя б меня спаси, я лучше быть хочу (но почему я так не закричу?), а впереди — уже Преображенка. Я жить смогу, я смерти не терплю, зачем же мне лететь в цветную тьму с товарищами разного оттенка, которых я не знал и не люблю. Но мимо магазина, мимо центра летит трамвай, вспорхнувший в пустоту. Так неужель и ты такой была: звала меня и трусостью поила, всех предавала, всех подруг сгубила, но, как и я, краснея, умерла. Но если так, но если может быть (а так со мной не могут пошутить), моих любовников обратно мне верни (они игрушечные, но они мои, мои!) и через зелень, пыльную опять (раз этих книжек мне не написать), — с ВДНХ — подбрось над головой — трамвай мой страшный, красный, голубой... Май, конец июля — 2–ое августа 96 ( стихотворение-двойник )

ни о чем [23 May 2009|10:58pm] у меня - ветер собака (наказанная) и красное вино а у вас? вот за это, собственно, и наказанная. правда, в нашем конкретном случае это было на покрывало 195 да: |навсегда

[23 May 2009|12:12am] спецпроект Ночь разговоров. Как это было ДМИТРИЙ ВОДЕННИКОВ, АНДРЕЙ ЕРОФЕЕВ, ЮЛИЯ ЛАТЫНИНА, СЕРГЕЙ МОСТОВЩИКОВ и КИРИЛЛ СЕРЕБРЕННИКОВ о том, как они встречались за чашкой кофе с читателями OPENSPACE.RU Дальше ›

отличная статья Евгении Пищиковой в новой "Русской жизни", тема номера - мораль [20 May 2009|11:48am] Три кодекса Бытовая мораль и житейская нравственность Евегения ПИЩИКОВА Недавно я разбирала книжные полки и наткнулась на интереснейшую научно-популярную книжку 1975 года издания. Называется она «Расскажу откровенно... или записки врача-венеролога». Автор — заслуженный врач РСФСР Борис Яковлевич Кардашенко. С первых же строк текст просто-таки заставляет себя читать: «Они пришли вместе. Он и она. Она была несколько смущена. Он почему-то улыбался такой неискренней, искусственной улыбкой, которая больше походила на гримасу. В ответ на мой довольно холодный и несколько суровый взгляд улыбка исчезла с его лица. Мы поняли друг друга без слов». Да уж. На каждого доброго доктора Айболита найдется справедливый доктор Атыкакдумал. (...) (...) А майор Евсюков в припадке стыда перед собой и соседями кончает с девятью встречными (я понятия не имею, какие именно эмоции руководили этим сытым и пьяным милиционером; это адвокаты — по слухам — в качестве одной из версий защиты обдумывают, не сыграть ли на глубоком личностном кризисе, будто бы переживаемом г-ном Евсюковым в тот жизненный период и приведшем его к суицидальным настроениям). Ну, а «по понятиям» — никакого стыда Евсюков испытывать не мог и не может, и действия его не самоубийственные, а банально — убийственные. Он вроде бы и не планировал такого душегубства, просто поделать с собой уже ничего не мог. Как говорят в кругах силовиков: «Без главного жил — рано стесал тормозные колодки». Я было подумала, что ГЛАВНОЕ — это что-то важное, что я сейчас узнаю милицейскую тайну. А мне объяснили: «Не-а. Просто высоко занесся. Жил без начальника. Без авторитета». (....)

новый трек [18 May 2009|11:26am] Ты не забудь меня Стихотворение, чтение - Дмитрий Воденников Музыка, флейта - Сергей Кумыш Сведение - Андрей Титов * * * Ты не забудь меня, козел рогатый, а то кусал, терзал, осою жалил и вдруг исчез, исчадье басурманье, — теперь я даже в шашки не играю, мне только снятся грубые солдаты да львы пузатые — и я во сне рыжею. Но кадыки их, твердые как камни, и темно–пышные смеющиеся шеи — я это видел всё уже когда–то. Засим оставь меня, лукавая Аксинья, и ты оставь, прекрасная Анисья, чего ищу в апреле этом синем, зачем рассыпал я цыплячий бисер, какую муку алчу я — не знаю. Мне только снится: я бегу по пашне и как весенняя лисица лаю. Ни видик мне не нужен ваш, ни Сникерс, ни шахматы мне не нужны, ни шашки, а нужно мне опять тебя увидеть. Я говорю: опять тебя увидеть, а сам бегу в чумном, охряном мехе — от смеха у солдат блестят доспехи, они на жар и жало не в обиде. Но есть один средь них — глаза как незабудки, а сам он как дитя в зверином легионе, и жилка синяя стучит на впалой грудке, он тоже жаленный (я это сразу понял). Он смотрит на меня и говорит, что видит: Тебе к лицу хвост этот длинный, лисий, но — говорит — зачем сюда летаешь? Смотрел бы лучше разноцветный видик, кусал бы лучше многовкусный Сникерс, играл бы в шашки, шахматы. И, знаешь, такая мука здесь. Вернись к Анисье. А мне — он говорит — в апреле этом синем невмочь без львов и без холмов набухлых, но и без крыл невмочь, сверкающих как бритвы; когда–то был я центром этой битвы, и вдруг меня оставили как куклу. Теперь я здесь. Я не вернусь к Аксинье. А ты живи, — сказал и к льву уходит, слабый; а я лисицею бегу по черной пашне, и синяя во мне стрекочет жилка, я тоже не вернусь, во мне синеет жало, я вижу: лев его терзает пылко, лев с ним заводит бешеные шашни, залить змею поможет только пытка. Я это все уже увидел раньше. цикл "репейник"

openspace сообщает [12 May 2009|08:43pm] Портал OPENSPACE.RU присоединяется к «Ночи музеев» с собственным проектом «OPEN NIGHT/НОЧЬ МУЗЕЕВ». Каждый из наших читателей получит возможность один на один попить кофе и поболтать с Юлией Латыниной, Кириллом Серебренниковым, Андреем Ерофеевым, Дмитрием Воденниковым и Сергеем Мостовщиковым. В ночь с 16 на 17 мая с 21.00 до 1.00 любой из читателей OPENSPACE.RU имеет исключительную возможность один на один попить кофе, пообщаться и задать свои вопросы пяти замечательным людям, которые согласились принять участие в этом единственном своем роде проекте: — поэту Дмитрию Воденникову, — арт-куратору Андрею Ерофееву, — журналисту и писателю Юлии Латыниной, — журналисту Сергею Мостовщикову, — режиссеру Кириллу Серебренникову. Желающие встретиться с любым из них на полчаса за чашкой кофе в кафе АRТЕFAQ на Большой Дмитровке должны прислать письмо на адрес konkurs@openspace.ru, в котором должны рассказать, о чем именно они хотели бы поговорить с нашими гостями. Каждый из наших читателей может выбрать себе только одного собеседника. Мы разыщем лучшие письма и свяжемся с вами. Письма должны прийти к нам до 15.00 15 мая. Не забудьте указать вашу контактную информацию, включая мобильный телефон. (с)

[08 May 2009|11:18am] Как оказалось, существует такой интернет проект, радио-онлайн MYRADIO, где есть, в частности, раздел "аудио-инсталляций". Так там названы стихи в исполнении автора - в том или ином музыкальном решении. Треки звучат круглосуточно, есть возможность комментирования и существует свой хит-парад. Там есть я, там есть Андрей Родионов, Звуки му, Андрухович, Гришковец, Немиров, Емелин, Фанайлова, Леонид Федоров, АукцЫон и Хвост, - кажется, я видел вчера стихи Моррисона, - и еще многое другое. Вчера мне написал редактор формата (его зовут Андрей Тим) и попросил порекомендовать для ротации какие-то еще новые имена. А я подумал, что лучше будет, если эти советы по именам будут не кулуарны (как это у нас любят), а достаточно открытыми. Я, например, знаю, что отличные совместные с музыкантами вещи есть у Андрея Сен-Сенькова. Я думаю, что подобные вещи есть у Верочки Полозковой. (Сейчас вспомнил, что выходил диск стихов Дианы Арбениной). В общем, вот еще раз ссылка на колонку редактора формата . Вот его ник в жж - vsyoxarasho Мне кажется, это интересно.

просили дать кросс-пост [06 May 2009|11:08pm] В Киеве в мае (с 16 по 19) состоится большой поэтический фестиваль "Киевские лавры". VI Международный. Программа фестиваля (авторы и даты). блог организатора и куратора фестиваля (с)

новый трек, live [29 Apr 2009|08:04pm] Платье твое (6,2 МБ) чтение Дмитрий Воденников - музыка Ярослав Шамсутдинов * * * Самая большая глупость, которую способен ляпнуть поэт, — это сказать, что он может всё сам написать. Нет, он может дать только сгустки, где бродит сиреневый свет, а всё прочее сделают — голоса. Не какие-то там безымянные, а обычные: Коли и Миши, очень даже конкретные, с документами и с паспортами… Они приходят с войны — и заполняют книжки слабым мужским мяуканьем, визгливыми голосами. … Мы лежали с тобой однажды — в долгих сумерках на кровати, и я не мог отвести взгляда от долго гаснущего окна, (на тебе было белое платье, обыкновенное летнее платье): и ты сказала: этот чертов закат сводит тебя с ума. Но дело в том, что каждый имеет право — на свою особую личную рану, о чем нас предупредили честно — лет пятьдесят назад: — Я, выживший русский солдат, не лягу с немцем Иваном. — Я мертвый немецкий солдат, но тоже не лягу с Иваном. — Война поросла быльем: все умерли и лежат. Жизнь проходит. Война проходит. Любовь проходит. В Нью-Йорке вишни цветут, над Питером бродит гроза. Но все, что осталось от нас (в том числе и от нас с тобою) огромная медленно гаснущая оранжевая полоса. Ты хотела до нас докричать свою красную кровную рану, я пытался тебе рассказать о своей деревянной вине, но никто не скажет нужного слова (как с тем дураком иваном, а ведь он совсем надорвался на той войне). … Так вот — я хочу сказать, когда мы смешаемся в прахе (тесней, чем когда-то при жизни), спасибо тебе за всё: за медленно меркнущий свет, за белое твое платье, за летнее твое платье, за бессмертное платье твое. книга рун

navigation [ viewing | most recent entries ] [ go | earlier ]