Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

круг с птицей

колонка на сайте совлит

НЕ ТОТ ФРАНС
Дмитрий Воденников

Человек человеку не волк, а строчка.
Сегодня я видел, как шёл человек через два светофора: ни на одном не остановился. Жестом предупреждал поток машин: иногда требовательно, иногда... Впрочем, всегда требовательно.
Это ужасно злило.

Я шёл сзади него – на целых два светофора. Потому что я так не мог, я ждал зелёный. Это меня и бесило.
«Ты дурак? Ты пьян? Ты вообще кто такой?»

Человек нёс пакет. Человек шёл по прямой. Человек шёл так, как будто спешил сделать что-то важное.
Человек, идущий через два красных светофора, вызывает отторжение и опаску.
Загорелся мой свет: я тоже перешёл дорогу, но зорко смотрел вперёд.

И вдруг я потерял его из виду. Где он? Что он? Куда пропал?
Но уже через несколько шагов я снова увидел его: он успел повернуть во двор и теперь шел по дорожке.
Я видел, как он подошёл к подъезду, набрал код и исчез.

И вдруг я подумал, что этот человек очень несчастен. В нем были такая тоска и отчаяние, что ждать на светофорах ему было невыносимо.

Человек человеку не друг, а история.
Просто иногда ее не очень хочется слушать.

ФРЕКЕН БОК ГОВОРИТ ПО ТЕЛЕФОНУ

–Ты не представляешь, Фрида,
я поняла, как важно
правильно вступить в пост!
Вторая седмица – и такие результаты!
Я уже перестала пить коньяк по утрам!
Алло! Алло! Фрида!
Спасибо тебе, что ты меня уговорила!
Прости, что я, дура, упиралась!
Алло! Фрида!
Ты где? Ты слышишь?

– Хильдур, милая, я тебя плохо слышу.
У тебя что-то льется и булькает в трубке.
Я перезвоню.

Фрида любит сестру, но
так трудно по часу выслушивать восторги неофита.
Сама Фрида продвинулась достаточно далеко
в посте и молитве. Фрида
перезвонит. Потом.
Позже


Сейчас... Унять сердце.
Слюна не сглатывается.


Зажмурив глаза, Фрида
нашаривает на туалетном столике носовой платок,
сползает на пол и сипло шепчет:
"Фрида. Фрида. Фрида.
Меня зовут Фрида".

(Сергей Круглов)

Да что там человек, что там Фрекен Бок, что там Фрида. Человек человеку не строчка, не история, а просто айфон. Но даже айфоны не выдерживают нашей зимы. Они, видите ли, нежные, они, видите ли, совы. Еще и зимы никакой нет и зарядки еще полна коробушка, а он вдруг схлопнулся на восемнадцатом километре, потерял себя, утратил к жизни интерес, погас. Даже если сделать ему искусственное дыхание, отогреть в кармане, он всё равно ненадолго вспыхнет, покажет зарядку уже на нуле (и когда успел растратить? в своей айфоновой коме?) и опять – в Элизиум теней, топтать нежный луг.

Принесешь его домой, присоединишь к искусственному питанию – через несколько секунд он восстановит пульс, окажется живой, потом вспыхнет, выведет на экран надпись «введите код», ты введешь: он очнулся.

Господи, какие все нервные.

– Что ты видел там?
– Длинный туннель. Я летел к свету. Видел родину – Америку, там тепло.
– Ну в Америке и холодно: например, на Аляске.
– Я про другую Америку!
– Что ты еще видел?
– Добро впереди, вселенскую любовь, свет. Я не хотел возвращаться!

Отогреешь его, как дитя; он глотает ток жадно, захлебывается, кадычок взад-вперед: сосет твое электричество. Всхлипывает.
– Ну всё, всё, не плачь. Всё плохое уже позади!

Но он еще долго не может успокоиться. Скажите, пожалуйста, какие мы нервные. Прям как бабушка Анатоля Франса. Но о Франсе – чуть позже. Сперва Александр Кушнер. Как раз по теме.

***

Слово «нервный» сравнительно поздно
Появилось у нас в словаре
У некрасовской музы нервозной
В петербургском промозглом дворе.
Даже лошадь нервически скоро
В его желчном трехсложнике шла,
Разночинная пылкая ссора
И в любви его темой была.
Крупный счет от модистки, и слезы,
И больной, истерический смех,
Исторически эти неврозы
Объясняются болью за всех,
Переломным сознаньем и бытом.
Эту нервность, и бледность, и пыл,
Что неведомы сильным и сытым,
Позже в женщинах Чехов ценил,
Меж двух зол это зло выбирая,
Если помните… ветер в полях,
Коврин, Таня, в саду дымовая
Горечь, слезы и черный монах.
А теперь и представить не в силах
Ровной жизни и мирной любви.
Что однажды блеснуло в чернилах,
То навеки осталось в крови.
Всех еще мы не знаем резервов,
Что еще обнаружат, бог весть,
Но спроси нас:- Нельзя ли без нервов?
– Как без нервов, когда они есть!-
Наши ссоры. Проклятые тряпки.
Сколько денег в июне ушло!
– Ты припомнил бы мне еще тапки.
– Ведь девятое только число,-
Это жизнь? Между прочим, и это,
И не самое худшее в ней.
Это жизнь, это душное лето,
Это шорох густых тополей,
Это гулкое хлопанье двери,
Это счастья неприбранный вид,
Это, кроме высоких материй,
То, что мучает всех и роднит.

Оно и роднит, оно и мучает – всё правда, Александр Семенович. Но вернемся к Франсу.

Говорят, что его двоюродной бабке было в зеркале видение. Призрак Робеспьера.
Летней ночью 1794 года непрямая бабушка Франса изволила смотреть в зеркала и вдруг закричала. «Я вижу его, вижу! Как он бледен! Кровь у него изо рта! Зубы и челюсть раздроблены! Слава Господу! Кровожадный негодяй не будет больше пить кровь, кроме своей собственной».»
После чего разрыдалась и упала без чувств.
Слово «нервный» сравнительно поздно появилось у нас в словаре. Но не в словаре бабушки Франса. Ее бы к нам. В Сибирь.

когда мы жили в сибири
денег ни у кого не было
и мать ходила на завод просто так чтобы не потерять работу
она поднималась в шесть утра
на кухне выпивала кофе и выкуривала сигарету
потом надевала дубленку и выходила на темную остановку Дружба
ждать заводского автобуса
я не помню какое в сибири лето но помню страшные ослепительные зимы
и в моих воспоминаниях мать всегда в заиндевевшем автобусе смотрит сквозь мутное стекло на дорогу
у нее губы в жирной бордовой помаде
и над губами светлые усики покрыты инеем
она смотрит перед собой
на дорогу
наверное все было совсем по-другому
и она в своем автобусе говорила с бригадиром и работницей столовой
или вообще может быть она никогда не работала на заводе
сейчас мне кажется что она никогда не работала на заводе и мы никогда не жили в сибири
никто никогда не жили в сибири
а сибирь это такое место где никто никогда не бывали
а только и знают что говорить
когда мы жили в сибири
и строили ГЭС

(Оксана Васякина)

Эх, бабушка Робеспьера, непрямая бабушка Робеспьера. Жила бы ты, как уже было сказано, в России, в обморок бы не падала. Квасила бы капусту, бранила бы горничных, ела бы репу.

Так и с айфоном. Помните, какие были у нас автоматы? Крепкие, как броня. Мудрые, как товарищ Сталин. Героические, как буревестник. Стояли в дикие наши холода, глотали наши двушки, слушали наши разговоры, леденили нам уши – и ничего. Сознания не теряли.
Не тот народ, не те бабушки, не те телефоны, не та Фрида, не та Фрекен Бок.
Не тот Франс.

https://sovlit.ru/tpost/o8td4ausn1-ne-tot-frans
круг с птицей

чтоб было в сети

ЕЛЕНА ШВАРЦ

В ОТСТАВКЕ

(Мамонов и Екатерина)


Елена Шварц

Идет гвардеец, как на битву.
Судьба дрожит, манит - иди!
Шагает он творя молитву,
И вот - мерцанье впереди.
Она! И третий глаз качнулся из рубина -
«Войди», - ему сказала Катерина.


Чрез десять лет - в задушенной малиной
усадьбе - он зовет себя скотиной,
и кроткую дубасит он жену,
и вопиет, что любит он одну,
кричит он в ночь безглазую, тоскуя,
ту старую, ту мертвую такую,
и юного себя, и царственный живот,
и золотом ее струился пот,
ее объятий медленную тину.
(Императрицу приобняв нагую,
он ей признался - любит он другую,
и побледнев, как новая перина -
"Женись", - ему сказала Катерина.
Была на свадьбе крашеней павлина).

Теперь казнись, язвись же, дурачина.
Зрачок сиял, тяжелый, как держава,
И в униженьи оживала слава,
И, как страна, она внизу лежала,
Ее уж не скрывало одеяло,
Завивы вены, как изгиб реки,
Как рыбой полный серебристый Дон,
Урал пересекал ее ладонь,
Алмазные струились позвонки,
Торчали зубы острою короной.
Империя ли может быть влюбленной,
И можно ли обнять страну,
Обнявши женщину одну?

И если мысленно развинуть
ее раздвинутые ноги
(О ты - завершие равнин!) -
то под одной пятой - Варшава,
а под другою - Сахалин.
круг с птицей

(no subject)

Прошел сегодня по Москве 17 километров.
Там весна.
круг с птицей

чтение в красноярске

5 ноября в Красноярске в рамках V Красноярской ярмарки книжной культуры буду читать стихи.
Место проведения: Международный Выставочно-деловой центр «Сибирь», Клуб КРЯКК (ул. Авиаторов, 19). Начало в 18:00.

Поможет мне в этом чтении - группа акустических музыкантов «Пластинка мсье Ф.» (если Аэрофлот даст им провезти инструменты).

Состав группы «Пластинка мсье Ф.»: Илария Синицына — вокал; Дмитрий Жук — гитара; Олег Васенин — клавиши.



запись этой осени с выступления в рамках фестиваля Букмаркет, сделанная на чей-то мобильный телефон.
найдено на ютубе.
круг с птицей

(no subject)

Пересмотрел видео в "Практике".
Это, конечно, очень круто. Так никто сейчас не делает.
Музыканты "Пластинки месье Ф." поразительные.



Если все будет как должно быть (но как должно быть всегда бывает странным), повезу эту программу в Красноярск в сеньябре-октябре, но с другой графикой.
круг с птицей

выступление в красноярске

5 ноября - мы с Верой Полозковой читаем в Красноярске на книжной ярмарке.

15.00 - Сцена 2 «Поэтические диалоги» Лирика в современной поэзии. Читают: поэты Дмитрий Воденников и Вера Полозкова.

*если у кого-то из красноярцев есть какие-то предложения, пишите, пожалуйста, на мейл stishok2@rambler.ru