Category: транспорт

круг с птицей

Колонка для сайте "миллионер.ру"

http://millionaire.ru/kolonka/dritryvodennikov/%d0%bf%d1%8f%d1%82%d1%8b%d0%b9-%d1%81%d0%b2%d0%b5%d1%82-%d0%bd%d0%b0-%d0%bb%d0%b8%d1%81%d1%82%d0%be%d1%87%d0%ba%d0%b5/

Мои стихи часто писали на стенах. В свое время я их находил на Старой Басманной, на Покровке (в арке) и даже недалеко от станции Сокольники.

Но никогда их не писали для фестиваля «Золотая маска». Проект «Poe.tri» «Театр. На вынос» из Санкт-Петербурга заявил спектакль-прогулку по району Сокольники (где я родился, потом откуда уехал и куда теперь вернулся и где собираюсь, собственно, умереть) «Дмитрий Воденников. Воробьиный трамвай».
круг с птицей

колонка в журнале Story

КОСМИЧЕСКЙ ВЕНЗЕЛЬ

Чехова привезли хоронить из Баденвейлера, маленького курортного городка на юге Германии,  в Москву в вагоне для устриц.
В вагоне был лед, Чехов умер летом, 15 июля, везти надо было далеко, так что всё понятно. Но все равно какой-то «Господин из Сан-Франциско».  И эти  устрицы долго  не давали никому покоя. 

Например, Горький бесился и письменно скрежетал зубами.

«Я так подавлен этими похоронами (…)  хожу, разговариваю, даже смеюсь, а на душе — гадко, кажется мне, что я весь вымазан какой-то липкой скверно пахнущей грязью, толстым слоем облепившей и мозг и сердце.  Этот чудный человек, этот прекрасный художник, всю свою жизнь боровшийся с пошлостью, (….) Антон Павлович, которого коробило все пошлое и вульгарное, был привезен в вагоне «для перевозки свежих устриц» и похоронен рядом с могилой вдовы казака Ольги Кукареткиной».

Бедная Кукареткина! Жила себе, как могла, может, ничего  плохого в своей жизни не сделала: хорошо готовила, была верна мужу, родила детей,  муж умер, потом и она умерла – и стала  деталью.  Комическим вензелем. Доказательством  всегдашнего ужаса русской жизни. Всего лишь из-за смешной фамилии. «…и похоронен рядом с могилой вдовы казака Ольги Кукареткиной». Бугага.
Было бы написано на ближайшей могиле «Апполинария Успенская»,  никто бы и не дернулся. И тут, караул, каракули,  кукареку.
А еще –  устрицы. Точнее, вагон из-под них.

Но нам, как всегда, интересны эти усмешки судьбы.

Я так умею воздухом дышать,
как уж никто из них дышать не может.
Ты это прочитай, как водится, прохожий,
у самого себя на шарфе прочитай.
Когда ж меня в моем пальто положат —
вот будет рай, подкладочный мой рай.


Я не хочу, чтоб от меня осталось
каких–то триста грамм весенней пыли.
Так для чего друзья меня хвалили,
а улица Стромынкой называлась?


…Когда Чехов умирал  в Баденвейлере, в ночь с 14 на 15 июля 1904, к нему вызвали врача. Врач прибыл к больному, поднялся на второй (плохо освещенный) этаж и увидел Чехова. Врач, наверное, и не знал, кто это такой – Чехов,  как и не знал того, что всему предшествовало.
А предшествовало вот что.
Чехов умирал в гостинице. В этом доме, который и не дом, а так, пристанище, Чехов метался в бреду, разговаривая  в своем тумане с каким-то японским матросом,  и  вдруг несколько раз явственно  повторил слово «устрицы». Потом резко очнулся и впервые сам именно в этот момент попросил послать за врачом.

Что это было? Почему устрица? Что за дурные рифмы, о которых Чехов не мог догадаться?

Прибывший  доктор стал его успокаивать и попросил принести шампанского. Чехов сразу все понял. «Я умираю», - наверное, подумал он. Чехов же был врач  и знал эту старинную врачебную традицию. «У постели умирающего коллеги врач непременно предложит шампанского, чтобы сделать уход того более легким и светлым». Чехов выпил всё шампанское, сказал, что давно этого не делал, повернулся – и умер.  В этот момент Ольга Леонардовна даже  не заметила, что  он перестал дышать. Потому что в этот момент в комнату невесть откуда влетела бабочка:  огромная, черная, ночная, стала метаться судорожной тенью, обжигая крылья о стекло электрической лампочки,  и Ольга Леонардовна ее принялась выгонять.
Шампанское, бабочка – всё это понятно. Даже пошло. Но эти устрицы. Этот повтор судьбы.

Вот это и было гениальным.

"Мне положительно нечего делать, и я думаю только о том, что бы мне съесть и что выпить, и жалею, что нет такой устрицы, которая меня бы съела в наказание за грехи".

Так написал Чехов  в письме врачу Николаю Оболенскому  5 ноября 1892 г., и еще не знал, что это  будет уже не комический вензель, а вселенский.

_______

[Дмитрий Воденников, колонка для журнала STORY  ]
круг с птицей

колонка в Story

Дмитрий Воденников
ТРАМВАЙ В НИКУДА

Баранов, Долин, я, Шагабутдинов,
когда мы все когда–нибудь умрем —
мы это не узнаем, не поймем
(ведь умирать так стыдно, так обидно),
зато как зайчики, ужасные соседи
мы на трамвае золотом поедем.

Я тут вот что подумал. Нас повезет-повезет умирать, застучит по рельсам привычный с детства трамвай. Не кадиллак, не карета, не тыква с мышами вместо лакеев на задней подножке, а трамвай. Слово-то какое хорошее. Там и травма и май. Бессрочная весна. Вечная, но уже притихшая привычная боль.
Мы с подругой идем по Введенскому кладбищу. «Там очень много красивых и старых могил», - говорит она. Достает маленькую бутылочку коньяка. – Я не буду, - говорю. – А я вот выпью!  - Женщина она трепетная, чего ж не выпить. Главное не торопиться.

Сперва помедленней, потом быстрей, быстрей
(о мой трамвай, мой вечный Холидэй) —
и мимо школы, булочной, детсада —
трамвай, которого мне очень надо —
трамвай, медведь, голубка, воробей.

Ни медведей, ни людей на Введенском кладбище нет. Мы с подругой медленно идём, огибаем ограды, смотрим. Вот могила Люсьена Оливье. Сразу вспомнишь про салат. Увёз тебя в смерть трамвай, Люсьен. И салат твой. Никто больше такой и не сделает. Рябчиков  — 3 штуки,  огурцов маринованных  (корнишоны) — 180-200 г, яйца (перепелиные) — 6 шт., салат листовой — 200 г, картофель — 4 шт., паюсная черная икра — 80-100 г, раки — 30 шт. небольших, огурцы (свежие) – 2 шт., язык телячий – 1 шт.  Каперсы – сто грамм. Щас!
Будем мы переводить черную икру, которая дороже, чем наша жизнь, на салат. Заменим каперсы на горошек, раков – на  курицу, язык – на докторскую колбасу,  салат листовой на огурцы. И всё это майонезом, майонезом сверху! «Провансаль». Жизнь вечная, Люсьен, она такая. 618 килокалорий на сто грамм. И ты теперь навсегда в желудке народа моего. На Новый год.
Идем дальше.
Collapse )
круг с птицей

новый трек

Дмитрий Воденников и группа "Вуаеры" ( Москва).

Когда бы я как Тютчев жил на свете (экспериментальный трек по мотивам этого стихотворения) - скачать

Маша пишет:
"и не исчезает история про то, как мы ходили с колонками странной формы по городу, из них звучал ваш голос. и мы нашли гармониста. он играл. мы слушали. а он невольно слушал ваше стихотворение.)
и как мы записывали звук трамвая. и оказалось, что если он не звенит, по звуку почти не понятно. что это трамвай"



* * *

Когда бы я как Тютчев жил на свете
и был бы гениальней всех и злей —
о! как бы я летел, держа в кармане
Стромынку, Винстон, кукиш и репей.

О как бы я берег своих последних
друзей, врагов, старушек, мертвецов
(они б с чужими разными глазами
лежали бы плашмя в моем кармане),
дома, трамваи, тушки воробьев.

А если б все они мне надоели,
я б вывернул карманы и тогда
они б вертелись в воздухе, летели:
все книжки, все варьянты стихтворений,
которые родиться не успели
(но даже их не пожалею я).

Но почему ж тогда себя так жалко–жалко
и стыдно, что при всех, средь бела дня,
однажды над Стромынкой и над парком,
как воробья, репейник и скакалку,
Ты из кармана вытряхнешь — меня.


________

О группе "Вуаеры".
Состав:
Маша Ташкова - вокал, голос, вся очень резкая, я Машу никогда не видел, мы только переписывались вконтакте, когда придумали совместный трек.
Леша Михайлов - гитара, звук. Алексея я тоже никогда не видел. И мы даже не переписывались. Но я ему верю: отправил запись голоса, и даже не знал, что ребята придумали. Мне уже прислали сведенный трек.



Вот Маша пишет: "мы занимаемся музыкой. но музыка - это не только музыка.
вообще искусство, как нам кажется, не делится на виды или подвиды.
оно существует цельно и свободно. и еще очень важно, что в нем всегда есть что-то еще. вот и мы пытается происходить цельно, свободно и что-то еще" - и мне нравится, что она так пишет.
круг с птицей

новый трек

Трамвай (скачать)

Стихотворение и чтение - Дмитрий Воденников
Музыка - композитор Денис Калинский, группа «Rock’o’Co» ( официальный сайт группы - здесь)
Сведение голоса и музыки - Артем Пинегин
Состав музыкантов - виолончель, рояль, орган, бас-гитара, перкуссия, барабан, электроника

Отдельное спасибо - Олегу Терехову





Текст трека составлен из двух самостоятельных стихотворений-двойников


ПРИГЛАШЕНИЕ К ПУТЕШЕСТВИЮ

Не может быть, чтоб ты такой была:
лгала, жила, под тополем ходила,
весь сахар съела, папу не любила
(теперь — и как зовут меня — забыла),
зато, как молодая, умерла.

Но если вдруг — все про меня узнала?
(хотя чего там — углядеть в могиле —
да и вообще: всё про могилы лгут,
то, что в пальто, не может сыпать пылью,
ботинки ноги мертвому не жмут).
Баранов, Долин, я, Шагабутдинов,
когда мы все когда–нибудь умрем,
давайте соберемся и поедем,
мои товарищи, ужасные соседи
(но только если всех туда возьмем) —
в трамвайчике веселом, голубом.

Сперва помедленней, потом быстрей, быстрей
(о мой трамвай, мой вечный Холидэй) —
и мимо школы, булочной, детсада —
трамвай, которого мне очень надо —
трамвай, медведь, голубка, воробей.

Уж я–то думал, я не упаду,
но падаю, краснея на лету,
в густой трамвай, который всех страшнее
(но зелень пусть бежит еще быстрее,
она от туч сиреневых в цвету,
она от жалости еще темнее) —
и мимо праздника и мимо Холидэя
(теперь о нем и думать не могу)
летит трамвай, свалившийся во тьму.

Хотя б меня спаси, я лучше быть хочу
(но почему я так не закричу?),
а впереди — уже Преображенка.
Я жить смогу, я смерти не терплю,
зачем же мне лететь в цветную тьму
с товарищами разного оттенка,
которых я не знал и не люблю.
Но мимо магазина, мимо центра
летит трамвай, вспорхнувший в пустоту.

Так неужель и ты такой была:
звала меня и трусостью поила,
всех предавала, всех подруг сгубила,
но, как и я, краснея, умерла.

Но если так, но если может быть
(а так со мной не могут пошутить),
моих любовников обратно мне верни
(они игрушечные, но они мои, мои!)
и через зелень, пыльную опять
(раз этих книжек мне не написать), —
с ВДНХ — подбрось над головой —
трамвай мой страшный, красный, голубой...

Май, конец июля — 2–ое августа 96

Collapse )
круг с птицей

(no subject)

Я вчера не в жж, а на другом блоге написал:
...под окнами оказывается стоит ярко-желтый школьный автобус (так на нем и написано). Так как день пасмурный, асфальт мокрый, черный, а автобус виден через пухлую, не совсем еще окрепшую зелень и такие же черные, как асфальт, ветки, то смотрится он невозможно ярким. Особенно крыша. А по бокам еще и синие, зеленые и рыжие ромбы, со значком @ и значком параграфа.
Как будто из мультфильма о Симсонах.
*пока я писал о нем, автобус загудел и уехал.


- а сегодня подойдя к окну увидел, что там внизу стоит уже похоронный автобус (скучный, грязно-белый, с синими шторами). Только на этот раз он стоит по другую сторону узкой улицы и развернут в обратном направлении.

И вот я уже и этот пост дописал, а он всё - не уезжает.

*всё справедливо